Взять и что-то изменить — команда Starenki делает то, что не под силу социальным службам. Она заставляет одиноких стариков улыбаться и учит заново мечтать. Мне удалось позавтракать с Анной Верещак, Надей Демидовой и Юлией Фитуни — со-учредителями инициативы. И разузнать, как этим изящным девушкам удается так грациозно жонглировать работой, личной жизнью и волонтёрством. Их историй хватит на целую книгу, а судьбы, с которыми они сталкиваются, заставляют прятать слёзы.IMG_1790 copy— Что для каждой из вас значит проект «Starenki»?

Анна: Это наш ребёнок, которого нужно вырастить, чтобы он поменял отношение к старости и людям преклонного возраста. Сначала мы думали, что это будет занимать только свободное время вне работы, но это не так. Мои мысли постоянно заняты проектом. Мы ведь призываем людей не просто обратиться к нам, а хотя бы взглянуть на бабушку, которая живет в соседнем подъезде или на одной лестничной площадке с вами.

Юлия: Мы всегда шутим, что работаем в свободное от «Starenki» время.

— Как вам удается совмещать проект с постоянной работой?

Анна: Мне помогает правильно распределенное время. Я уже не смотрю сериалы и не прокрастинирую в фейсбуке. У меня есть задачи и их я решаю в первую очередь. Как ни странно, с проектом у меня появилось больше времени. Мы же не просто приходим покормить старичков, мы хотим, чтобы что-то в нас изменилось. Начинать нужно с себя. И когда ты видишь обратную связь от волонтёров, хочется совершать еще больше. Хотя да, иногда мне приходиться оставлять машину и ездить в маршрутке, чтобы просто ответить на все сообщения.

Юлия: Если раньше ты тратил час на сериал, сейчас думаешь, сколько за это время можно успеть. Поддержка общества и близких даёт дополнительные силы. А еще больше — если откликаются малознакомые люди.

Надя: Для меня это прежде всего мотивация. Я не задумываюсь, просто беру и делаю.IMG_1798 copy— Были проблемы, с которым вы не ожидали столкнуться в «Starenki»?

Надя: Мы не можем помочь всем и объяснить, почему одним помогаем, а другим нет.

Юлия: Среди старичков есть сарафанное радио, они перезваниваются и узнают, кому принесли помощь, кому не принесли. Начинают допрашивать соцработников.

Анна: Сложно включать рациональность и кому-то отказывать. Ставить себе постоянный вопрос: это наши подопечные или нет? И нам тяжело на него ответить. Когда будет больше возможностей, мы сможем помочь всем семидесяти тысячам одиноких пенсионеров.

— Расскажите о команде.

Анна: Мы относимся к «Starenki» не как к клубу по интересам, а как к бизнес-проекту. Не ходим с протянутой рукой и не давим на жалость. У нас есть стратегическое планирование и нам везет с людьми, которые присоединяются к нам. Костяк команды это шесть человек, которые несут ответственность за отдельные направления: пиар, аудит и финансы и прочее. Для остальных задач мы привлекаем около семидесяти волонтёров. Кто-то занимается развозками, кто-то дизайном, кто-то фотографией. Ко всем новым волонтёрам мы обязательно приставляем тех, кто с нами уже давно. Мы так гармонично сложились в команду, что каждый закрывает свою часть вопроса, как пазл.

— Как вы выбираете, кому помогать?

Юлия: Это совместная работа с территориальными Собесами. Мы им говорим, кто нам нужен, а они для нас формируют список, который мы потом еще чистим. Потому что в центрах могут стоять на учёте и те, у кого есть родственники. У нас с государством слегка различаются критерии одинокого пенсионера.

Анна: У нас три базовых критерия. Возраст старше шестидесяти, нет ближайших родственников и живет один на минимальную пенсию. Конечно, в список попадают люди, которых бросили дети. Приходится ставить моральный вопрос: это тоже наши старички? Конечно, мы им не отказываем.IMG_1819 copy— Это вопрос ресурсов, наверняка бы вы помогали и таким людям, если бы была возможность?

Надя:  Да, но есть бабушки, которые не доедают. А есть те, кто тоже одинок, но о них заботятся друзья, ученики, соседи. Поэтому к каждому адресу, по которому мы выезжаем, есть комментарий. Мы корректируем списки и говорим об этом территориальным центрам. Стараемся формировать списки тех, кто остро нуждается, и включать их в каждую развозку или хотя бы через раз.

— Какую самую трогательную историю удалось услышать за время проекта?

Анна: Мы ходили к бабушке, которая очень плохо видит и даже с трудом узнает свою соцработницу. Эта бабушка не хотела брать у нас пакет. При этом было видно, как она боится. Словно, кто-то ее травил и издевался. Она не верила, что ей просто так могут принести нормальную еду, не просить ничего взамен. У меня все перевернулось. Мне вспомнился щенок, который хочет есть, но боится побоев. Мы быстро поставили пакет и ушли. Она закрыла лицо руками и рыдала.

Юлия: Из последних, это история женщины, которая живет одна в Пуще-Водице. Она проработала там в санатории и последние пять лет перед пенсией тоже волонтёрила и помогала одиноким людям. Когда мы к ней пришли, она плакала и прятала глаза. Оказывается, у нее был день рождения. Она сказала, что в прошлом году о нем никто даже не вспомнил, а вот сегодня у нее даже есть подарок. До сих пор трудно подобрать слова, когда люди закрывают лицо и говорят, что они опустились до того, что им приходится подачки принимать.

Анна: Иногда даже спрашивают, что мы за партия и кому надо подписать. Мы стараемся говорить, что это подарочки к пенсии.

Надя: Бабушки часто забывают, что мы должны приехать. Хоть их и предупреждают. Одна отказалась нам открывать и на вопрос «дома ли Тамара Ивановна?», ответила из-за двери, что никого нет. Потом спросила, не воры ли мы, и разрешила оставить пакет под дверью. Пришлось с нижнего этажа наблюдать, как осторожно открылась дверь и бабуля забрала пакет.IMG_1772 copy— Есть ведь и удивительные истории?

Анна: Конечно, например бабушка Зинаида Никитична, бывшая гимнастка. Ей девяносто три года, а выглядит она на семьдесят. У нее сто подопечных ветеранов труда. Она ездит по Киеву и помогает лежачим пенсионерам. Кому-то отвозит свои памперсы, с кем-то просто посидит, кому-то отдаст часть пайка.

Юлия: Таких много. Например, незрячий дедушка, который шьет пододеяльники. Даже у меня так не получается. Есть бабушка, которая не видит, а у нее вся квартира в вышивках. Кажется, что еще немного и она себе стены вышьет.

Надя: Я была поражена, как дедушка без ног в маленькой комнатушечке живет в радость и все делает сам.

— Чему вы могли бы научиться у своих подопечных?

Надя: У них есть желание жить. Они каждый раз готовятся к нашему приходу, красятся, делают прически. Конечно, есть те, кто пал духом. Но большинство заряжает позитивом. Они не признаются, каким им плохо, и не сдаются. Наши бабушки и дедушки — лучшие коучи успеха.

Юлия: Эти люди находят силы подбадривать не только себя, но и нас.

— Как вы справляетесь со стрессом?

Надя: Я выговариваюсь мужу, прихожу домой и все ему рассказываю. А еще занимаюсь в театральной студии «Черный квадрат» и туда я сливаю все эмоции, это моя йога.

Анна: От «Starenki» у меня нет стресса и даже нет времени подумать о нем. Конечно, помогает спорт, а иногда просто три часа помолчать.

Юлия: Гуляю со своей собакой.IMG_1755 copy— Чтобы вы посоветовали тем, кто боится начать свой социальный проект?

Юлия: Избавиться от всех «если». И перестать идти на компромиссы с собой. Я случайно увидела объявление о поиске волонтёров и написала. А потом задумалась, зачем мне это нужно, и сколько всяких дел можно было бы сделать вместо. Сейчас мне страшно при мысли, что этого проекта могло бы не быть в моей жизни.

Надя: Просто сделать шаг и узнать, как можно помочь. Хотите стать волонтёром «Starenki»? На сайте есть анкета, узнайте, когда следующая развозка и вы потратите всего три часа или полдня на доброе дело.

Анна: Только желание. Мы все нашли друг друга в фейсбуке случайно. Возможности появляются на пути. Полтора года назад мы даже не представляли, что будем в этой точке. Мы были маленькой инициативной группой, а сейчас закрываем юридические вопросы по оформлению некоммерческого фонда.

Проект Старенькі (Starenki)

Фото: Филипп Доценко

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.