Когда я сказал Паше, что далек от электронной музыки, он посмеялся над шуткой, а мне стало неловко, потому что это чистая правда. От этого было еще интереснее разобраться, чем «дышит» человек, создавший один из самых интересных музыкальных проектов Украины последних лет.IMG_1536 copy— Мы намедни задавали вопрос на улицах Киева – «Чем вам запомнился уходящий год?». Так вот, чем тебе запомнился 2016?

— Это был очень насыщенный год с точки зрения профессиональной деятельности: сыграли два сольных концерта, выпустили новый альбом и сняли два клипа, что для нас рекорд.

— Ваш сольный концерт вошел в рейтинг лучших концертов года по версии Karabas. Воспринимаешь ли ты всерьез подобные номинации?

— Это, конечно, очень приятно, но серьезно я к подобным рейтингам не отношусь. Они скорее отображают маркетинговый успех группы, но никак не истинное наполнение музыки – уж очень это субъективная вещь. Но если кто-то искренне был вдохновлен и написал об этом, то это, безусловно, хорошо.

— На концерте вашего альбома «White Noises» вы проделали очень серьезную работу со светом. Ты доволен результатом?

— Со сцены я наблюдал за зрителями и впервые увидел, как люди боялись что-то пропустить во время выступления и очень внимательно следили за происходящим на сцене и в зале. Бывает, у нас на концертах люди танцуют с улыбкой и полузакрытыми глазами, но на White Noises нужно было смотреть, ведь каждый трек обрел форму, движение, цвет. Это, конечно, мое мнение, но я думаю у нас получилось сделать нечто по-настоящему новое и уникальное. Я очень доволен.

— Кто вас вдохновил на подобный эксперимент?

— Честно говоря, мы сами себя вдохновили. Во время подготовки к первому сольному концерту мы сделали синхронизированный с музыкой видеоряд. Получилось настолько хорошо, что нам захотелось развиваться в этом направлении и сделать атмосферу на следующем концерте абсолютно неповторимой. Позже нам очень повезло познакомиться с разработчиками Дмитрием и Евгением Андрущенко, которые стали частью нашей команды и вдохновителями в вопросах света.IMG_1504_1 copy— В нашей действительности существует уникальное понятие «публика не готова». Некоторые артисты после не совсем удачных релизов или концертов ссылаются на него и пожимают плечами. По-твоему, публика все-таки не готова к некоторым вещам или это всего лишь оправдание?

— Действительно, в некоторой степени это правда. С другой стороны, украинская публика очень открыта ко всему новому и, в основном, положительно воспринимает любые эксперименты. Если говорить об электронной сцене, то ее аудитория сравнительно небольшая. Это вовсе не говорит о том, что публика не готова воспринимать такую музыку – просто нужно больше артистов в этом жанре. Тогда люди очень быстро начнут понимать, что круто, а что нет.

— С чего бы ты посоветовал начать слушать электронную музыку человеку, далекому от данного жанра?

— Думаю, начать стоит с релизов, которые выпускает лейбл Ninja Tune.

— А с чего начать слушать Cepasa?

— С первого альбома и дальше по хронологии.

— Когда-то тебе задавали вопрос о проблемах украинской музыки, и ты ответил, что основная проблема – низкое качество. Ты не считаешь, что процесс движется по эволюционному пути и определенные успехи уже видны?

— Да, так и есть. В последнее время артисты стали уделять больше внимания вопросу качества – это видно и слышно. Даже те, кто раньше вообще не заморачивался, тоже начинают двигаться в правильном направлении. Звук или саунд — это очень важная сторона музыки. Просто для меня это очевидно, так как в электронной музыке звук всегда был на первом месте в отличие от других жанров.IMG_1524_1 copy— В одном из своих интервью ты говорил, что всегда тяжелее сделать что-то лучше, чем в прошлый раз. Например, второй альбом тяжелее написать, чем первый, а третий тяжелее, чем второй. Как считаешь, у тебя получилось превзойти себя в третьем альбоме и тяжело ли будет писать следующий?

— Думаю, получилось. Александр Павленко, который делал мастеринг Noises, с первого прослушивания мне сказал, что это мой лучший альбом. Тогда я ему поверил и верю до сих пор. (смеется). Над четвертым альбомом я сейчас больше думаю, чем работаю. Плюс, я уже на том этапе, когда могу себе позволить сделать нечто новое, не опираясь на прошлые релизы. Сейчас музыка рождается у меня в голове гораздо естественнее, и я не сижу над каждым кусочком кучу часов.

— Про тебя всегда пишут: Павел Ленченко – опытный продюсер и музыкант. Ты и правда много лет «в теме». Не устал?

— Безусловно, после очень интенсивных периодов, как, например, последний год, я могу сказать, что да – устал. Творческий поток не бесконечен и нужно откуда-то восполнять энергию, отдыхать. Впрочем, если я долго отдыхаю от музыки, мне становится грустно.

— Расскажи немного о школе электронной музыки. Насколько я знаю, такая школа в Украине есть. Чему там учат и насколько сильно такое образование отличается от классического музыкального?

Такая школа имеет гораздо больше общего с тем, что мы сейчас слышим в клубах, на радио или по телевизору. В ней учат создавать и синтезировать звук, соединять куски треков и так далее.

— Ты музыке когда-то учился?

— Нет. На мои музыкальные вкусы очень повлиял старший брат – он подкидывал мне совершенно несовместимые с тем, что слушали мои одноклассники, новинки. Тогда я понял, какая музыка мне нравится больше всего. Потом появился компьютер, и я начал пробовать из чужих семплов делать свои треки. Я мечтал писать заставки для рекламных роликов и буквально за несколько месяцев самообучения понял, что смогу это делать.IMG_1497 copy— Насколько сильно изменился процесс создания музыки с того момента, когда ты начинал и до сегодняшнего дня?

Я раскрыл много способов создавать музыку. Начинал я с того, что брал готовые семплы и делал на их основе композицию. С тех пор прошло больше 15 лет, и появилось много новых технологий, о которых раньше я мог только мечтать: повысилась скорость работы, улучшилось качество звука, появились огромные библиотеки. Правда, теперь стало немного сложнее не потеряться среди всего этого изобилия — нужно учиться сохранять изначальную идею трека. Сейчас появилась возможность использовать самые разные подходы: можно обрабатывать звук с помощью аналоговых примочек, можно на компьютере, можно использовать уже готовые семплы, а можно записывать свои или вовсе совмещать разные методы.

— Расскажи про твое сотрудничество с живыми музыкантами – Антоном Мигуновым и Сашей Давиденко. Насколько они повлияли на твой творческий процесс?

Саша на меня сильно – он очень талантливый, а мне нравится окружать себя талантливыми людьми, в которых я и сам могу почерпнуть много нового. Оказалось, что Антон умеет создавать совершенно невероятные вижуалы. Для создания видеоряда с нашего концерта мы долго искали человека и ни один нам не подходил. А потом Антон просто сказал, что может сделать, что мы хотим, и получилось у него просто идеально. Благодаря ребятам я понял, в чем преимущества и особенности живого исполнения. Это удивительно, но три ноты, сыгранные более пятидесяти раз подряд звучат круче, чем если бы их просто запустить с компьютера.

— Насколько сильно изменилась аудитория Сepasa за время существования проекта? Расширилась ли она или это все-таки одна тусовка?

— Наша основная аудитория – креативный класс. Так было всегда, но сейчас этих людей становится больше. Еще я стал замечать, что Cepasa начали слушать люди, которые раньше интересовались совершенно другой музыкой.

— Ты положительно относишься к расширению аудитории?

— В этом нет ничего плохого. Другое дело, как этого достигать. Многие артисты видят, что сейчас востребовано и делают так же. Мы стараемся делать то, что нам нравится и то, что мы считаем по-настоящему крутым.

— На альбоме «Noises» есть трек «6 month». Ты недавно говорил, что на время его написания названия совпадало с возрастом твоей дочери. Как поменялось твое мироощущение после рождения ребенка и как это отразилось на музыке?

На мироощущение это повлияло кардинальным образом. До этого у меня было гораздо больше свободного времени на размышления о том, что правильно, а что – нет. Сейчас я меньше думаю и больше делаю. Многие, особенно артисты, боятся, что ребенок займет все время и профессия уйдет на второй план. Но, как оказалось, для музыки появилось даже больше времени. Думаю, я также перестал считать себя ребенком и сам повзрослел. Теперь я намного лучше понимаю своих родителей и, например, когда смотрю кино, то ассоциирую себя уже не с младшими героями, а со старшими.

— Появилось ощущение стабильности в жизни?

О стабильности в профессии музыканта речи идти не может. Это и приятно, и опасно одновременно. С одной стороны, стабильность приучает к комфорту, из которого ты не собираешься вылезать. Для музыки это не хорошо. Чтоб творить – нужно иметь желание и цели.IMG_1499_1 copy— А у тебя сейчас есть задачи в творчестве?

— Хотелось бы еще завоевывать международную аудиторию, и я к этому активно стремлюсь.

— Когда у тебя появилось понимание, что музыкой ты будешь заниматься всю жизнь?

— Наверное, еще в младшей школе. Уже тогда я сочинял песни и выступал на школьных праздниках. Конечно, как и все, я был уверен, что у меня должна быть «нормальная» профессия — так я чуть не стал архитектором и даже получил диплом программиста в КПИ. Но за все эти годы я ни разу не сомневался, что именно с музыкой я и свяжу всю свою жизнь. Так и выходит.

 Текст и фото: Филипп Доценко

 

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.