Бывают беседы, во время которых хочется успокоиться и просто по-человечески поболтать. Именно таким получилось интервью с Олей Хилобок, которая рассказала, как бывший копирайтер может испытывать нелюбовь к писательству, как и где искать высокие смыслы и почему необходимо иметь зону комфорта (и собаку)._MG_2757-2

– Нормально себя чувствуешь на сьемке?

– Прекрасно себя чувствую. Не могу сказать, что я нервничаю, но и не могу сказать, что начинаю позировать.

– Я вижу, что твой пес чувствует себя великолепно. И в жизни он еще красивее, чем на фото. Он вообще пассивный или активный пес?

– Да, он знает, что Аполлон. У него есть фазы активности. Есть вечернее время, когда нужно бегать за прихваткой и игрушкой Валеркой. Вот после еды пацану хочется побегать. А в основном любимое его занятие – лежать.

– Почему ты выбрала именно французского бульдога?

–  Без ответа. Я раньше не отличала бульдогов от мопсов. Когда-то прочитала интервью с Юрием Марченко, у которого мопс Агамемнон. И Юрий сказал, что кто-то же должен быть в доме уродливее тебя. И я решила, что хочу завести мопса и назвать его Камамбер или Круасан. Потом как-то мой папа пришел из бани и говорит: «Там разродилась французская бульдожечка. Нам же не нужен щенок?». Я говорю: «Как не нужен? Очень нужен. Мы вообще жить без него не можем». И вот так появился Камамбер. Имя его появилось задолго до того, как появился сам френч и до того, как я начала различать бульдогов от мопсов.

– Расскажи, с чего начинается твой день. Я знаю из твоей страницы в фейсбуке, что утра твои довольно необычные.

–  У меня каждое утро начинается с йоги. Я встаю в 5 утра. Сегодня тот день, когда у меня йога в первую смену, и это значит, что в 5:40 у меня скайп-йога. Для того, чтобы не быть овощем на этой йоге, нужно встать за час. Я думаю, что это вопрос привычки и адаптации организма. Я стараюсь лечь около 23. В 22 у меня не получается лечь, это что-то из области космических высот и фантастики. Но пытаюсь словить время до полуночи.

– Как часто ты сидишь в соцсетях и что ты позволяешь себе выкладывать на странице, а что является табу?

– В соцсетях я что вижу, то пою. Конечно, я не могу себе позволить писать что попало. Поскольку понимаю, что мои профили перестали быть только моими, когда начали подписываться люди, которых я не знаю. Это отрезвляет и включает внутреннего цензора, когда ты постишь какую-то чепуху или фоточку с бульдогом. Что еще я позволяю себе постить – у меня бывает такое, что созрела тема, которую нужно выговорить. Если у меня за день три поста, это значит, мне прям настолько «муляло». Еще стараюсь обо всех книгах, которые я прочитываю, оставлять отзыв не на уровне понравилось/не понравилось, а за что мне понравилось и кому это еще может понравиться.

– Есть ли люди, посты которых ты читаешь или советам которых следуешь?

– Да, есть. Те, которых я читаю, их где-то до 20 человек в Фб: туда входят мой муж, Ира Выговская, очень люблю семью Балбеков, люблю читать Катю Бабкину. Есть кучка копирайтеров, которых не так и много на рынке. Вот Аня Лисовская, с которой мы работали вместе в Fedoriv и которая зовет меня к себе на свой полноценный курс. Подчитываю Юлю Колесник, с которой мы познакомились еще очень давно. Чтобы я стремилась кого-то по профессии читать, такого точно нет. Или точно не в соцсетях._MG_2765

– Насколько я знаю, ты заканчивала не филологический факультет. Расскажи, как стала копирайтером, архитектором контента, лектором?

– Я заканчивала факультет социальных наук и социальных технологий. Защитила парочку работ, в том числе и диссертацию. Никогда не любила писать, на самом деле. Это для меня была огромная мука. Началось все с диссертации, а не с копирайтинга. Я написала курсовую, потом один диплом, второй диплом и еще диссертацию. Мне всегда говорили: «Ну, Оль, нужно писать менее интересно. Это же наука, тут надо писать сухо» или наоборот: «Добавь больше воды». И я подумала, мне нужно найти такую работу, чтобы мне платили, а не ругали за мои тексты. Я даже не знала, что такое копирайтинг и чем занимается копирайтер, подала заявку в конкурсе рекламного агентства и забыла о ней. Потом через два-три месяца мне пришло письмо с темой «Ура! Ура!». Сначала хотела его удалять, потому что такая тема уже сама по себе повод удалить письмо, а потом смотрю, что это ответ на мое резюме. Оказалось, я прошла на второй этап конкурса из 60 претендентов в сетевом рекламном агентстве, которое и стало моей первой работой в рекламе.

– Архитектор контента, кто это, на твой взгляд?

– Это человек, который ответственен за смысл. Это то, что я как раз ищу в каждой работе. Любовь к рекламе появилась и прошла. Переболела я каннскими львами, перестала их смотреть уже давно. Реклама как жанр мне в принципе не интересна. А как раз ключик, чтобы чувствовать себя хорошо – это заниматься тем, чем ты не можешь не заниматься. Вот я не могу перестать искать высокие смыслы в простых вещах. Когда ты архитектор контента, ставишь себе критерий хорошей работы – найти хотя бы крупицу контента, которая отвечает на глобальный вопрос: «Зачем это вообще в мире?». И если какой-никакой ответ есть – это уже хорошо. Архитектор контента – это архитектор смысла. Есть один большой смысл и нужно убедиться, чтобы все маленькие были ему созвучны, раскрывали его и подводили к нему.

– Звучит сложно. Получается у тебя?

– Это сложно, но интересно. Это то, на что не жалко потратить жизнь. Копаться в смыслах я готова.

– Как ты оцениваешь себя в профессиональном деле?

– Решает рынок. Положа руку на сердце, могу сказать, я просто об этом не думаю. Я стараюсь сохранять чистоту подхода. Как только я зазнаюсь и скажу себе: «Я уже могу», это будет началом большого и неприятного конца. А когда я нахожусь в состоянии сомнения, в том, насколько я вообще еще отстреливаю, что происходит, вот в этом состоянии я еще могу ставить себе планку и до нее дотягиваться.

– Какую литературу читаешь?

– Я никогда не была увлеченным читателем и любителем литературы. В школе прочла какие-то базовые вещи. Мне повезло с учительницей, которая не верила в хрестоматийные огрызки текста. Поэтому лучше было прочитать одно-два произведения, но полностью. По-настоящему читать я начала только недавно и продолжаю читать взахлеб. Обидно, правда, что пропускная способность человеческого мозга очень маленькая. Я пытаюсь быть всеядной в плане литературы.

– Ты дочитываешь до конца книги, которые оказываются тебе не по душе?

– Иногда я не дочитываю. У меня есть «висяки», которые я даже в какой-то момент удаляю. И мне за это не стыдно. Печатается очень много книг, а у меня маленький мозг, поэтому нужно успокоиться и читать то, что заходит. Я верю в то, нужные книги попадают в нужное время. Из последнего вызова, который я себе придумала, – короткий список книг букеровской премии. Есть фокус для увеличения пропускной способности мозга – это аудиокниги. Раньше я просто под них засыпала и даже не помнила, о чем это было. Сейчас я научилась читать аудиокнигу, даже делая какую-то мануальную работу. Так я прослушала пять книг и последняя из которых – Lincoln in the Bardo, которую, кстати, я не смогла полностью только слушать. Пришлось купить ее и в электронке. Только подготовившись, имея в руках текст и слушая, я смогла ее проглотить._MG_2748– Я так понимаю, йога и письмо – не хобби, а способ жизни. А какие у тебя увлечения?

– Да, йогу я не могу назвать хобби. Я пошла на йогу 12 лет назад. После недели занятий, я четко понимала, что до конца жизни точно буду заниматься йогой. Хобби сейчас китайский. Я пошла в центр «Східних мов і культур». Это сложно, но не с той стороны сложно, где мне казалось. Потому что выучить, как пишутся иероглифы, их порядок и направление мне не сложно. Я могу писать иероглифы и при этом еще слушать аудиокнигу. Сложно выговаривать и слышать, потому что, как оказалось, в китайском совсем другие звуки. И нужно приучать себя говорить звуки, которых ты никогда не слышал.

– Какие ценности ты ставишь на первые позиции в своей жизни?

– Ценность одна: это люди. Нет: Люди и время. Это по сути одно и то же, потому что каждому из нас дано ограниченное количество времени, которое нужно потратить грамотно. А нет лучшего способа потратить время, чем на достойных этому времени людей.

– Как выглядит твоя зона комфорта?

– Для меня важно, чтобы было тихо. Я очень страдаю, когда сажусь в Uber, а там звучит музыка. Даже если это неплохая музыка.

– Просишь выключить музыку или стесняешься?

– Я каждый раз борюсь. В какие-то моменты я прошу, но понимаю, что это надлом в наших недолгосрочных отношениях с таксистом. Он ведь хотел сделать лучше. Иногда я говорю о том, что мне просто некомфортно и ничего личного. Потом даже ставлю высший бал и пишу «Спасибо за тишину».

– Что еще в твоей зоне комфорта?

–  Тепло. При чем тепло, а не горячо. Я не люблю лето, жару. И не люблю зиму, потому что я ее терплю, а не наслаждаюсь тем, как снежок хрустит под ногами. Люблю носить вещи с длинным руквом, кеды. Поэтому люблю межсезонье. В зоне комфорта очень часто я сама. Меня быстро утомляют места, где много людей. Поэтому вечеринки, как способа отдохнуть, в моей жизни нет. После вечеринки мне нужно на воды в санаторий._MG_2755

– Если ты представишь свою жизнь через 5 лет, кем ты себя увидишь?

– Я думаю, буду заниматься все тем же, потому что тему я нашла, в которой можно копаться долго — вижу себя архитектором смыслов. Я понимаю, что состариться копирайтером мне было бы стыдно. При всем моем уважении к профессии. Это как работать официантом. Есть люди, которые выбирают эту профессию и они, черт возьми, в ней хороши. Думаю, через 5 лет будет где-то все точно так же. Я точно не хочу покупать квартиру, потому что она меня привяжет. Я точно не хочу обрастать какой-то…

– Живностью?

– Нет, живностью я обрастать не против.

– А еще чем обрастать не против, например, живностью посерьезней?

– Посерьезней? Думаю, бейбика мы когда-нибудь заведем. У меня вообще нетипичная семья. У нас нет обязательных походов в «Ашан» по субботам, чтобы найти рыбу подешевле и наготовить на недельку. У нас систематически в холодильнике нет ничего. Нет, сейчас стоят ампулы «Микродерм» для Камамбера и какой-то соевый соус.

– То есть ты не та жена, которая выготавливает на неделю борщ и котлетки?

–  Вообще нет. Я вообще не та жена, которая готовит. И у моего мужа тоже нет предрассудков, что жена должна быть женой. Жена должна быть человеком.

– Спасибо тебе за разговор. Можно я напоследок еще Камамбера поглажу? Он счастье приносит тем, кто его гладит?

– Приносит. Он всем приносит счастье.

 

Дружить с Ольгой Хилобок

Фото: Анна Бобырева

 

 

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.